top

Старина о большом быке

Ай диди, диди, диди, диди,
Князи, послушайте,
Да бояры, послушайте,
Да вы все, люди земские,
Мужики вы деревенские,
Да солдаты служивые,
Да ребятушки маленькие,
Не шумите, послушайте.
Да старушки вы старенькие, Старина о большом быке
Не дремлите, послушайте;
Молодые молодушки,
Не прядите, послушайте;
Да красные девушки,
Да не шейте, послушайте.
Да как я вам пословицу скажу,
Да пословицу хорошенькую —
Про того ли про большого быка,
Про быка рободановского.
Да как тот ли великие бык —
Да как степи рукой не добыть,
Промежду роги косая сажень,
На рогах подпись княжеская:
Василья Богдановского,
Да еще Рободановского.
Да как наш-от великие князь,
Афанасий Путятинский,
Да не ест он гусятинки,
Да ни белые лебядятинки,
Да ни серые утятинки,
Ни индейской курятинки,
Да свинина отъелася,
Баранины не хочется —
Захотелося говядинки
Да урослой телятинки.
Да как сам-то похаживает,
Да как сам-то покрякивает,
Бородой-то потряхивает
Да как сам выговаривает:
«Да как есть ли у меня на дворе
Да такие люди надобные —
Да сходили бы на барский двор,
Да на поместье дворянское,
По того ли по большого быка,
По быка рободановского».
Да как был-то Зиновий слуга,
Да он часто по Волге ходил,
Да он много-то сел там громил,
Да и тем голову кормил.
Хватил конопля на плетень
Да скочил за Москву за реку,
Ко двору-то боярскому,
Да к поместью-то дворянскому.
Да как свил-то ведь вязивце,
Да как он, вор, догадлив был,
Быку липовы лапотцы обул,
Наперед он пятами повернул,
Да как так-то быка увел.
Да завел быка в рощицу,
Привязал быка к деревцу,
Да как сам-то похаживает,
Да как сам поговаривает:
Да как кто-то быка-то увел,
Да и тот-то безвестно ушел,
Да как кто с быка кожу сдерет,
Да и тот концом пропадет».
Да как был-то Алеша-мясник,
Да у него кулаки мясны,
Да у него клепики востры —
Да как ткнул быка палкой в лоб,
Да как ткнул клепиком-то в бок,
Да как взял с быка кожу слупил,
Да слупил, в трубу завертел,
Завязал его вязивцем,
Да и чуть на плечо воротил.
По несчастью Алешенькину,
По наважденью по дьявольскому,
Да как люди-те пробаяли,
Да собаки-те облаяли,
Да обстали собаки в круг,
Да лише только кожа кинуть с рук.
Да скочил за Москву за реку,
Да как к Митьке к кожевникову.
Полтора годы в деле была,
Да не дала из дела вышла:
Да середочка выгнила,
По краям не осталось ничто.
Да Алеше-то мясникову,
Да как Митьке-то кожевникову
Как кожи по рядам провели,
Да кожи-те кнутом набили,
Да как справили двести рублей,
Да по двести с полтиною,
Да еще не покинули;
Кабы не люди добрые,
Да не заступы-те крепкие,
Да не гости-те Строганова,
Да лише только головы отстать.
Та-то беда не беда,
Да лишь бы боле той не была.
Да к тому ли к большому быку,
Да к быку рободановскому,
Да были два-те харчевничка,
Да молодые-те поспешнички;
Да как губки обрезывали,
Да бедёрки обрезывали,
Да как сделали студенцу
Молодую да с прорезью,
Да на здоровье и с легостью —
Да ни на что не подумати.
Выносили на базар продавать,
Да как гости подхаживали,
Да бояра подхаживали,
а студенечку подкушивали,
Да как ей-то подхваливали:
«Да как-то это студенца
Молодая да с прорезью,
На здоровье и с легостью,
Ни на что не подумати —
Да не того ли большого быка,
Да быка рободановского?»
Да как двум-то харчевинчкам,
Да молодым-то поспешникам,
Да как кожи по рядам провели,
Да как кожи-те кнутом набили,
Да как справили двести рублей,
Да по двести с полтиною,
Да еще не покинули;
Кабы не люди добрые,
Не заступы-те крепкие,
Да не гости-те Строганова,
Лише только головы отстать.
Да как то-то беда не беда,
Да лишь бы больше той не была.
К тому ли к большому быку,
Да быку рободановскому,
Да била Марья-харчевенка,
Молодая поспешенка;
Да кишочки обрезывала,
Да как их-то начинивала
Толоконцем да крупочкой,
Да лучком да и поречком,
Выносила на базар продавать;
Да как гости подхаживали,
Да бояра подхаживали,
Да кишочки подкушивали,
Да как их-то подхваливали:
«Да как-то это кишечки
Молодые да с прорезью,
На здоровье и с легостью,
Ни на что не подумати —
Не того ли большого быка,
Да быка рободановского?»
Да как Марьи-то харчевенки,
Да молодой-то поспешенки
Да как кожу по рядам провели,
Да как кожу-то кнутом набили,
Да как справили двести рублей,
Да по двести с полтиною,
Да еще не покинули;
Кабы не люди добрые,
Не заступы-те крепкие,
Да не гости-те Строганова,
Лише только головы отстать.
Да как та-то беда не беда,
Да как [бы] больше той не была.
Да к тому ли к большому быку,
Да к быку рободановскому,
Да был никаков волынщичек,
Да молодой-от гудошничек.
Да он другом пузырь доступил,
Да как сделал волыночку
Да на новую перегудочку,
Да как стал он на рынок гулять,
Да как стал он в волынку играть,
Да как гости подхаживали,
Да бояра подхаживали,
Да волынку послушивали,
Да как ей-то подхваливали:
«Да как-то это волыночка
На новую перегудочку,
Да ни на что не подумати —
Не того ли большого быка,
Да быка рободановского?»
Да тому ли-то волынщику,
Да молодому-то гудошнику
Да как кожу-то кнутом набили,
Да как справили двести рублей,
Да по двести с полтиною,
Да еще не покинули;
Кабы не люди добрые,
Не заступы-те крепкие,
Да не гости-те Строганова,
Лише только головы отстать.
Да как та-то беда не беда,
Да как боле бы той не беды.
Да к тому ли к большому быку,
Да к быку рободановскому
Да как кажная косточка
Да как стала-то в пять рублей,
Да как кажное ребрышко
Да как стало-то в семь рублей,
Оприче становых костей —
Ровно тысяча семьсот рублей,
А становым костям
И цены не знай.

Скоморошины

0

Оставить комментарий

*
top